Main trends, determinants and problems of modern economic growth in developed and developing countries
Table of contents
Share
Metrics
Main trends, determinants and problems of modern economic growth in developed and developing countries
Annotation
PII
S086919080016660-3-1
DOI
10.31857/S086919080016660-3
Publication type
Article
Status
Published
Authors
Vitalii A. Meliantsev 
Occupation: Head of the Department of International Economics of Asian and African Countries, Institute of Asian and African Studies, Lomonosov Moscow State University
Affiliation: Lomonosov Moscow State University
Address: Russian Federation, Mokhovaya street, 11
Edition
Pages
203-215
Abstract

The article, based on a number of author's calculations, shows that in the mechanism of modern economic growth, which over the last two hundred years has led to colossal progress in the now advanced economies (AES) and a part of developing countries (DCS), there occurred serious failures in the last 3-4 decades. Despite the infor-mation revolution and deepening of the international division of la-bor, compound annual growth rates (CAGRS) of per capita GDP (PCGDP) and total factor productivity (TFP) in the AES and many DCS have demonstrated a significant tendency to slowdown.

Although the AES are still leading the world in the field of fundamental technological innovations, due to the loss of the demo-graphic dividend, decrease in the efficiency of government effec-tiveness, hypertrophied development of the financial sector, they are noticeably losing their positions in the world economy.

Unlike many African, Middle Eastern and Latin American countries, a number of Asian countries (including the PRC, India and NICS), due to the policy of pragmatic reforms and openness, has succeeded in acceleration of CAGRs of their PCGDP and TFP.

However, given that in many AES and DCS after the global crisis of 2009 there was no significant mitigation of financial and social problems, and on the eve and during the pandemic they ag-gravated, it cannot be ruled out that if serious socially oriented re-forms are not carried out in the AES and DCS, a deep financial, economic and socio-political crisis may arise in the world in the next year or two.

 
Keywords
developed and developing countries, economic growth, models, financial, environmental and social problems.
Received
08.09.2021
Date of publication
29.10.2021
Number of purchasers
1
Views
445
Readers community rating
0.0 (0 votes)
Cite Download pdf 100 RUB / 1.0 SU

To download PDF you should sign in

Full text is available to subscribers only
Subscribe right now
Only article and additional services
Whole issue and additional services
All issues and additional services for 2021
1 Мы живем в весьма турбулентную эпоху в мире, в котором: (а) значительно возросла интенсивность технологических изменений1, (б) существенно усилилась межстрановая конкуренция, (в) происходит резкое обострение глобальных финансово-экономических, геополитических, экологических, эпидемических и социальных проблем2.
1. Подчеркнем, что, например, прирост мощности наиболее производительных суперкомпьютеров в мире в 2015–2020 гг. оказался в 12 раз больше, чем в 2010–2015 гг. [Technological Progress, 2021].

2. См.: [Стиглиц, 2016; Мир 2035. Глобальный прогноз, 2017; Кувалдин, 2017; Афонцев, 2019; Перспективы экономической глобализации, 2019; Акимов, Мельянцев, 2020; Инновационная конкуренция, 2020; Афро-азиатские страны и новые технологии, 2020; National Intelligence Council, 2021].
2

Двойной глобальный кризис – пандемийный и экономический – огромный стресс для жителей многих стран Запада, Востока и Юга. Общая смертность от коронавирусной пандемии (КП) уже весьма ощутима – не менее 4–5 (по уточненным оценкам – 7–13) млн человек. Это пока менее 0.2% численности мирового населения, что меньше в десятки и сотни раз, чем соответственно от «испанки» и «Черной смерти»3. Но КП, несмотря на ряд принятых мер, никуда не уходит, а ее вирус продолжает мутировать. Это увеличивает и без того высокие риски и неопределенности в мировой экономике и политике.

3. Рассчитано по [Jorda et al., 2020, p. 12–15; UN, 2021, p. 3; There have been, 2021].
3 Несмотря на значительную, хотя весьма неравномерную по странам, финансовую накачку и ряд других противокризисных действий, в 2020 г. ПВВП в мире сократился на беспрецедентную величину за последние 3/4 века приблизительно на 4.3% (на 5% в РГ и 3.4% в РС) (рассч. по [IMF, 2021, p. 128]). По индексу человеческого развития (ИЧР), кумулирующему в одном показателе достижения экономики, здравоохранения и образования, планета в 2020 г. оказалась отброшенной приблизительно на 7–8 лет назад (рассч. по [The UNDP, 2020, p. 7, 350]).
4 Попробуем, не претендуя на окончательность выводов, произвести в сжатом виде диагностику весьма неоднозначных процессов современного мирового экономического развития, обобщая и сопоставляя доступную нам совокупность факторов и обстоятельств текущего момента, опираясь при этом на анализ долгосрочных и среднесрочных трендов экономической эволюции РГ и РС4.
4. Методологически весьма полезна мысль Дж. М. Кейнса о том, что «экономист высшей пробы ... должен изучать настоящее в свете прошлого во имя будущего» [John Maynard Keynes. Quotes. 2021].
5 LONGUE DUREE
6 Если использовать броделевскую парадигму и дать оценку итогов развития мира в формате longue durée за время действия первых 3–4-х промышленных революций (ПР), т. е. периода современного экономического ростa, начало исследования которого положено С. Кузнецом, П. Бэроком, Э. Мэддисоном [Kuznets, 1966; Bairoch, 1997; Maddison, 2007], можно обнаружить немалый, хотя и неравный по РГ и РС, прогресс.
7 В 1800–2020 гг., несмотря на длительный период колониализма, две мировые войны, Великую депрессию и другие кризисы, объем производства в аграрном, индустриальном секторе и сфере услуг на нашей планете увеличился соответственно в 10–12, 245–250 и 175–180 раз. При этом ПВВП землян вырос в 19–20 раз, в ныне РГ – в 26–27, в РС – в 9–10 раз (рассч. по источникам к граф. 1).
8 Масштабные технологические и организационно-институциональные инновации, произошедшие в эту эпоху, многократное увеличение нормы вложений в физический и человеческий капитал5, значительная интенсификация внешнеэкономических связей6, а также внушительный рост уровня образования населения7 вызвали существенное увеличение СФП – в 1800–2020 гг. в целом по миру в 5 раз; в среднем по РГ – в 9–10 и в РС (всего) в 2.5 раза (рассч. по данным граф. 2).
5. В целом по миру показатель вырос с 3–4% ВВП в 1000–1800 гг. до 22-24% в 1800–2020 гг., в т.ч. в ныне РГ – с 5–7% до 26–28%, в РС – с 2–3% до 17–19% (рассч. по источникам к граф. 1, а также по: [Мельянцев, 2013, с. 18–21]).

6. Вклад экспорта в рост ВВП в целом по миру повысился с менее 2% в 1500–1820 гг. до 1/10 в 1820–1950 гг. и 1/3 в 1950–2019 гг. (рассч. по источникам к граф. 1 по формуле: V = [a*0.5 (b1 + b2): c] * 100, %, где V – вклад экспорта в прирост ВВП, а и с – среднегодовые темпы прироста экспорта и ВВП, b1 и b2 – доля экспорта товаров и услуг в ВВП соответственно в начале и конце периода).

7. В целом по миру индикатор увеличился с менее 1 года обучения взрослого населения в 1800 г. до 9–10 лет в 2018/2019 г., в т. ч. в ныне РГ с ~ 1.7 лет до 17–18 лет, в РС – с ~ 0.5 года до 8–9 лет (составлено и рассчитано по источникам к граф. 1 и 3).
9 Произошли громадные изменения в социальной сфере. Интенсивность сдвигов в макроотраслевой структуре занятости населения в целом по миру (см. табл. 1) выросла в 3–4 раза с 1800–1950 гг. по 1950–2019 гг.8, а вклад фактора перемещения рабочей силы из отраслей с низкой в отрасли с более высокой производительностью труда в прирост ВВП удвоился – с 1/10 до 1/59. Это было связано с тем, что доля населения, занятого в сельском хозяйстве, составлявшая в доиндустриальную эпоху в странах Востока и Запада не менее 3/4, сократилась в 1800–2019 гг. почти втрое ~ до 1/4. Правда, по группе РС показатель все еще на порядок выше, чем в среднем по РГ (32% vs 3%; см. табл. 1). Но то, что даже по РС рассматриваемый структурный показатель стал в среднем меньше 1/3, свидетельствует о том, что технико-экономическая и социальная модернизация затронула огромные пласты населения афро-азиатских и латиноамериканских государств.
8. Интенсивность сдвигов в макроотраслевой структуре занятости (J) рассчитана по следующей формуле: J = {[(100 + )/100]1/∆t - 1} *100, %, где Ai – доля сектора i в общей численности занятых в проц. пунктах в начальном или конечном моментах периода (0, t), n – число секторов (в данном случае – три: аграрный, индустриальный, третичный). Показатель изменился соответственно с 0.2% до 0.7–0.8%.

9. Расчеты произведены по источникам к граф. 1 и табл. 1 с использованием следующей формулы:
10 Доля городского населения, составлявшая, по ряду расчетов и оценок, в целом по миру ~ 1% в 1 г. н.э., 3% – в 1000 г., 3–4% – в 1500 г., 7–8% – в 1800 г., увеличилась до 16% в 1900 г., 33.6% – в 1960 г. (в РГ – 62.2%, в РС – 23.5%), 39.4% в – 1980 г. (соответственно 70.3 и 30.6%) и 55.7% – в 2019 г. (80.8 и 50.8%)10.
10. Составлено по источникам к граф. 1, а также [Sachs, 2020, p. 8, 129].
11 Если в XVIII в. в целом по миру детская смертность (в возрасте до пяти лет) достигала 1/3, то в 2019 г. она сократилась до 3–4%, в т. ч. в РГ – до 0.5%, в целом по РС – ~ до 4%11. Число убийств на 100 тыс. человек за последние два века снизилось в среднем по миру ~ в 8–10 раз до 6 человек (в среднем по РС – ~ до 7, в РГ – менее 1 человека)12. Средняя продолжительность предстоящей жизни от рождения выросла в целом по миру с 27–28 лет в 1800 г. до 43–44 лет в 1950 г. и 72–73 лет в 2018/2019 гг., в т. ч. по ныне РГ – с ~ 33 лет до 66 и 81 года, по РС – с ~ 26 до 37 и 71 года13.
11. Рассчитано по источникам к граф. 1, а также [Pinker, 2018, p. 117, 322].

12. Рассчитано по источникам к граф. 1, а также [How Was Life, 2014, p. 146, 148, 150].

13. Составлено по источникам к граф. 3, а также: [Life Expectancy, 2021]. В результате прогресса медицины, достижений в области медтехники, фармацевтики, биохимии современные люди, многое воспринимающие как должное, резко улучшили качество своей жизни и стали активно пользоваться средствами анестезии, антибиотиками, а хирургические операции стали все менее инвазивными.
12 Если в 1800 г. доля грамотных в мире достигала 10–12%, то в 2018–2019 гг. доля неграмотных в нем составляла ту же величину (в т. ч. в целом по РС 14–16% и в РГ менее 1–2%)14. ИЧР увеличился в 1800–2020 гг. весьма весомо – почти на порядок: соответственно ~ в 9; 9.5 и 7 раз (рассч. по данным граф. 3). При этом доля критически бедного населения на планете сократилась с 9/10 в 1800 г. до 1/2 в 1980 г. и 1/10 в 2020 г. (см. граф. 4). Если два века назад в более богатых странах на социальное обеспечение расходовалось не более 1% ВВП, то теперь до 20–25% [Pinker, 2018, p. 117, 322].
14. Составлено по источникам к граф. 1, а также: [How Was Life, 2014, p. 94; Pinker, 2018, p. 323].
13 Произошел значительный прогресс в досуге, связанный с тем, что в мире за последние два столетия: (а) снизилось отработанное время в год на одного занятого ~ на 1/4 до 2000–2100 час. (в т. ч. в целом по РГ – в 1.8 раза до 1600–1700 час, по РС – на 1/3 ~ до 2100 час.); (б) доля рабочего времени15 в общем бюджете времени в течение жизни человека сократилась ~ на 1/5 до 15–17% (в т. ч. в РС – на 1/10 до 16–18%, в РГ – более чем вдвое до 10–11%); (в) колоссально и для многих страт населения выросло качество досуга и разнообразие способов его реализации16.
15. В общественном производстве.

16. Расчеты и оценки сделаны по: [Maddison, 2007, p. 384; Working Hours; Average Annual Hours].
14 Однако, судя по данным ПРООН, доля мирового богатства (МБ), приходящаяся на высший 1% населения, сократившись в 1910–1980 гг. 17 примерно с 1/2 до 1/4, выросла к 2017 г. как минимум18 на треть до 1/3, в то время как беднейшая половина мирового населения располагала менее 2% МБ [The UNDP, 2019, p. 131–133]. По расчетам Credit Suisse, произведенным по большему числу РГ и РС, доля топового 1% населения планеты в МБ могла в 2019 г. достигать 45%, а на долю низшей его половины приходилось всего 1% МБ [Credit Suisse, 2019, p. 168].
17. В т. ч. в результате двух мировых войн, ряда революций, Великой депрессии и повышения ставок налогообложения наиболее богатых слоев населения.

18. По оценкам, к середине 2010-х гг. в офшорах было скрыто 7-8 трлн долл., что было больше соответственно ~ на 1/5 и 1/4, чем совокупное учтенные активы богатейших 1645 миллиардеров мира и величина рыночной капитализации 20 крупнейших компаний мира. Это богатство эквивалентно ~ 1/10 глобального ВВП. Составлено и рассчитано по: [The UNDP, 2019, p. 244], а также по источникам к граф. 1.
15 Обобщая сказанное, подчеркнем, что за сравнительно короткий период современного экономического роста, составляющий не более 1/25 всего периода существования человеческой цивилизации, несмотря на массу проблем, противоречий и кризисов, удалось, благодаря прогрессу технологий, социальных инноваций и систем управления, сделать очень много, что нужно ценить, из чего нужно извлекать опыт и уроки. Но сейчас, в условиях серьезно нарастающих глобальных вызовов, не происходит ли то, что, говоря словами Гамлета, «начинания, взнесшиеся мощно, сворачивая в сторону свой ход, теряют имя действия»?
16 ТОРМОЖЕНИЕ ЭКОНОМИЧЕСКОГО РОСТА И ЕГО ПРИЧИНЫ
17 Суть происходящего во многом парадоксального феномена – в том, что во время 3-й – 4-й ПР (в наших расчетах – 1950–2020 гг.) в мире, несмотря на трехкратное (по ср. с 1800–1950 гг.) повышение совокупной нормы капиталовложений19, увеличение мощности компьютеров более чем в 10 трлн раз, двузначный в последние два десятилетия СГТП интернетизации и роботизации20, интенсификацию внешнеэкономических связей21, снижение СГТП численности населения (в 1980–2020 гг. по ср. с 1950–1980 гг. более чем на 1/4 до 1.4%), СГТП ПВВП сократился с 2.8% в 1950–1980 гг. до 2.0% в 1980–2020 гг. (см. граф.1).
19. Доля вложений в физический и человеческий капитал в ВВП увеличилась целом по миру с 12–13% ВВП до 37–39%, в т. ч. в РГ – с 16–18 до 41–43%, в РС – с 8–9 до 31–33% (рассч. по источникам к граф. 1, а также по: [Мельянцев, 2013, с. 18–21]).

20. Доля населения, подключенного к интернету, выросла в 2000–2020 гг. в целом по миру с 6.5% до 64.2%, в т. ч. в целом по РГ – с 27 до 88%, в РС – с 1.4% до 59%, а СГТП рассматриваемого показателя оказался равен соответственно 12%, 6% и 20–21%. Число промышленных роботов в расчете на 100 тыс. человек, занятых в обрабатывающей промышленности, увеличилось в среднем по миру в 2010–2019 гг. с 180–190 до 420–430 (СГТП ~ 9–10%). (рассч. по источникам к граф. 1, а также: [Мельянцев, 2017, с. 163; Top 500 supercomputers, 2021; Internet World Stats, 2021; International Federation of Robotics, 2020]).

21. Приток ПИИ в ВВП, составлявший в целом по миру в 1950–1980 гг. менее 0.4–0.5%, вырос в 1980–2010-е гг. в 4–6 раз до ~ 2% (в РС в среднем – до 2.1%, в РГ до – 1.9%). Доля экспорта товаров и услуг в ВВП увеличилась в целом по миру тоже многократно: с 6-7% в 1800–1950 гг. до 12–14% в 1951–1980 гг. и 23–24% в 1981–2019 гг., в т. ч. в РГ – 23–25%, в РС – 22–23% (рассч. по источникам к граф. 1 и 2).
18 Торможение затронуло немалую часть РС, но в значительно большей мере – всю группу РГ, в которых рассматриваемый показатель снизился более чем вдвое – соответственно с 3.6% до 1.5% (в целом по РС он, если уменьшился, то минимально – всего с 2.6 до 2.5-2.6%). Примерно в той же пропорции произошло и сокращение СГТП СФП (см. граф. 2): в целом по миру с 1.9 до 0.9% (в РС – ненамного – с 0.9 до 0.8%, а в РГ резко – с 2.5 до 1%). По нашим расчетам, произведенным по двум формулам22, существенное замедление роста ПВВП в среднем по РГ было связано соответственно на 1/5–1/4 и на 3/4–4/5 с уменьшением вклада капиталовооруженности труда и СФП23.
22. (y-p) = (e-p) + (1-α)*(k-e) + r и (y-p) = (h-p) + (1-α)*(k-h) +r, где y; p; e; h; k; r – соответственно среднегодовые темпы прироста ВВП, численности населения, занятости, общего числа отработанных часов, основного капитала и совокупной факторной производительности; (1-α) – эластичность выпуска ВВП по капиталу (в 1950–1980 гг. – 0.35, в 1980–2020 гг. – 0.40). В каждой из двух формул рост ПВВП определяется вкладами/динамикой трех компонент – (а) относительной интенсивности трудозатрат общества (в первой формуле по занятости населения, во второй – по отработанному времени в расчете на численность населения); (б) капиталовооруженности труда; (в) СФП. Рассчитано по источникам к граф. 1, а также: [Average Annual Hours].

23. Вклад первой компоненты оказался минимальным.
19 Причины торможения роста в РГ исследованы далеко не полностью. Проанализируем в сжатом виде ряд наиболее важных из них. Во-первых, современная система национальных счетов, созданная более чем 3/4 века назад для анализа индустриальных экономических систем, как представляется, не вполне адекватно оценивает динамику количества, и особенно качества производства товаров и услуг в современных РГ24. Не исключено, что СГТП их ПВВП и СФП недооценен ~ на 1/4–1/3, в т. ч. из-за недоучета сброса цен на принципиально новые товары и услуги после начала масштабирования их производства25. Но это, полагаю, не главная причина.
24. Это в определенной мере справедливо и для ряда продвинутых РС.

25. Немалая часть весьма полезных и пользующихся возросшим спросом в мире, прежде всего цифровых, услуг предоставляется бесплатно или почти бесплатно. [Byrne et al., 2016, p. 150; Turner, 2017; Spence, 2019].
20 Во-вторых, в РГ происходит существенное старение населения26, увеличивающее социальные расходы, снижающее в тенденции норму сбережений, ведущее к уменьшению т. н. демографического дивиденда (ДД)27. Согласно рассчитанной нами модели, торможение роста ПВВП в крупных РГ в 1980–2010-е гг. по сравнению с 1950–1980 гг. ~ на 1/3 могло быть связано с переходом развитых обществ в функциональный режим более или менее быстрой утраты ДД [Мельянцев, 2016, с. 50–51].
26. В конце 2010-х гг. медианный возраст в среднем по РГ (42–43 года) был почти в полтора раза выше, чем в целом по РС (29–30 лет, без КНР – 26 лет). Рассчитано по [CIA World Factbook, 2021].

27. Сравнительно высокая доля населения в возрасте от 15 до 64 лет от общей его численности.
21 В-третьих, в среднем по РГ почти 3/5 замедления СГТП производительности труда (ПТ, с 3.4% в 1950–1980 гг. до 1.4% в 1980–2019 гг.) связано (а) с трехкратным торможением СГТП ПТ в сфере услуг (соответственно с 2.4 до 0.8%), в результате чего рассматриваемый показатель оказался втрое ниже, чем в сфере материального производства (2.4%) и (б) перераспределением в 1980–2019 гг. ~ 20 проц. пунктов занятости в сферу услуг, в которой уровень ПТ, бывший в 1980 г. в полтора раза более высоким, чем в индустриальном секторе, оказался в 2019 г. уже на 1/10 ниже, чем в последнем (подсч. по источникам к граф. 1, табл. 1).
22 Оборотная сторона масштабной сервисизации в РГ – это деиндустриализация в них структуры производства и занятости. Этот процесс в немалой мере вызван метаморфозой в эффективном спросе населения в РГ (в пользу услуг, по закону Э. Энгеля), а также углублением МРТ и передислокацией из них части производственных цепочек и весьма динамичных бизнесов в конкурентоспособные по производственным издержкам РС, в которых действует намного меньше социально-экологических ограничений.
23 В-четвертых, хотя развитие финансовой системы архиважно для экономического прогресса, чрезмерная финансиализация экономики в РГ28, оборачивающаяся, как показывает немалое число исследований, недоинвестированием в физический и человеческий капитал их реального сектора [Foroohar, 2018], сдерживает их развитие.
28. Показатель финансовой глубины (здесь – сумма кредитов частному сектору и рыночной капитализации по акциям к ВВП) вырос в 1980–2019 гг. в целом по миру с 95% до 224%, в т. ч. по РГ – с 113 до 252% и в РС – с 43 до 167% (рассч. по источникам к граф. 1), т. е. даже без учета деривативов объем финансовых активов к ВВП, возросший в целом по миру за последние (без малого) четыре десятилетия в 2–2.5 раза (в среднем по РГ – в 2.2 раза, в РС – ~ в 3.9 раза), превысил, по нашим расчетам, критическую «планку» (после прохождения которой, по модели, темпы прироста ВВП в тенденции снижаются) почти на 1/3, в т. ч. по РГ – более чем на 2/5 (подсч. по источникам к граф. 1).
24 Сильная кредитная накачка, в т. ч. вследствие сохранения низких процентных ставок на заемные средства, может временно поддерживать на плаву экономику, но: (а) ведет к выживанию низкоэффективных и зомби-компаний, тормозящему переход к более инновационным методам производства, (б) способствует не столько наращиванию капиталовложений в оборудование и НИОКР, сколько, в т. ч. через распространение практики обратного выкупа акций (buyback)29, возникновению финансовых пузырей30. При этом в целом по группе РГ вследствие снижения доли валовых капиталовложений (ВК) в ВВП (с 24–26% в 1950–1980 гг. до 20–22% в 1981–2019 гг.) и увеличения удельного веса амортизации в ВК (~ с 1/3 до 3/4), доля чистых капиталовложений в ВВП сократилась примерно в 2.5 раза – соответственно с 15–17% до 5–7% ВВП (рассч. по источникам к граф. 1, а также [Мельянцев, 2009. с. 204; The Economic Report of the President, 2021. p. 464, 480–481]).
29. В США в 1980-2016 гг. доля обратного выкупа акций в прибыли нефинансовых корпораций выросла с менее 5% до 25%, а чистых капиталовложений, наоборот, сократилась с 45% до 25%. [The World Economic Forum, 2019, p. 33].

30. См.: [UN, 2021. p. 22]. Между тем финансовый показатель p/e (отношение рыночной стоимости акции к годовой прибыли, полученной за акцию) на рынках США в конце 2020 г. был вдвое выше (36) его долгосрочного трендового значения за последние 100 лет. Это может свидетельствовать о перегреве финансовых рынков [Wolf, 2021].
25 В-пятых, олигополизация, концентрация производства и капитала, происходящие в РГ в целом: (а) ограничивают в них конкуренцию, (б) усиливают неравенство в распределении доходов, потребления и богатства, сдерживая рост эффективного спроса [Andrews et al., 2019; Vollrath, 2020, p. 98–99, 170, 175]. А поскольку доля зарплат в национальных доходах РГ имеет тенденцию к сокращению, то не исключено, что увеличение части «общественного пирога» в РГ, приходящейся на прибыли и сверхвысокие оклады высших управленческих кадров, в расчете на сравнительно ограниченное число бенефициаров происходит более или менее динамично31.
31. В США в последние сорок лет соотношение зарплат высшего управленческого звена и среднего работника в крупнейших (по продажам) 350 компаниях выросло почти в 10 раз до 280. При этом в США в 1990–2010-е гг. доля прибыли (после вычета налогов) в ВВП выросла вдвое [Wolf, 2019; Tett, 2019].
26 Вследствие глобализации, дерегулирования рынков труда и капитала, интенсификации процессов офшоринга (выноса бизнесов, прежде всего в РС с их более низкими трудовыми издержками), иммиграции в РГ, внедрения трудосберегающих технологий, а также снижения налоговых ставок на доходы наиболее богатых слоев населения (с конца 1970-х по конец 2010-х гг. в целом по РГ – более чем на 1/3 ~ до 40%, по РС – почти наполовину – до 28–29%) [The UNDP, 2019, p. 242; UNCTAD, 2020, p. 67–69], в мире доля трудовых доходов в ВВП сократилась в 1980–2017/2018 гг. ~ на 1/10, в т. ч. в РГ до 54–56% и РС до 47–49%32.
32. Без учета сильно выросших окладов и бонусов руководителей компаний и высших групп менеджмента доля трудовых доходов снизилась намного больше – в целом по РГ до 1/2 и РС – 2/5 [The World Economic Forum, 2020, p. 31; UNCTAD, 2020, p. 65; McKinsey Global Institute, 2019, p. 49; Мельянцев, 2018, с. 111].
27 В среднем по РГ доля топового 1% населения в их национальном богатстве увеличилась с начала 1980-х гг. по конец 2010-х гг. ~ в полтора раза – с 19–20% до 29–30% (рассч. по [McKinsey Global Institute, 2019, p. 49; Credit Suisse, 2019, p. 168]). В результате того, что доходы и прибыли наиболее обеспеченной части населения РГ росли в 3–5 раз быстрее, чем у его остальной части, в среднем по РГ коэффициент Джини по распределению располагаемых доходов33 вырос с начала 1980-х гг. по середину 2010-х гг. как минимум на 1/10, до ~ 0.35 [McKinsey Global Institute, 2019, p. 5; The UNDP, 2019, p. 125].
33. После удержания налогов и предоставления субсидий.

References

1. Akimov A.V., Meliantsev V.A. What Is Ahead of Us: Problems and Prospects of Economic Growth in the World and the Countries of the East // Vostok (Oriens). 2020, № 1. Pp. 28-41 (in Russian)

2. Afontsev S.A. New Trends in the Development of the World Economy. World Economy and International Relations. 2019. Vol. 63. No. 5. Pp. 36–46 (in Russian)

3. African-Asian Countries and New Technologies. Ed. N.N. Tsvetkova. Мoscow: IOS RAS. 2020 (in Russian)

4. Innovative Competition. Ed. N.I. Ivanova. Moscow: Ves’ mir, 2020 (in Russian)

5. Korolev I.S. The World Economy: Global Trends for 100 Years. Мoscow: Yurist, 2003 (in Russian)

6. Kuvaldin V.B. Global World. Politics. Economy. Social relations. Moscow: Ves’ mir, 2017 (in Russian)

7. Meliantsev V.A. East and West in the Second Millennium: Economics, History and the Modern World. Moscow: Moscow State University Publishing House. 1996 (in Russian)

8. Meliantsev V.A. Developed and Developing Countries in an Era of Change (Comparative Assessment of the Efficiency of Growth in the 1980–2000s). Мoscow: Klyuch-S, 2009 (in Russian)

9. Meliantsev V.A. Analysis of the Most Important Trends in Global Economic Growth. Мoscow: Klyuch-S, 2013. (in Russian)

10. Meliantsev V.A. Slowdown of the Global Economy Growth and (Semi-)Peripheral Countries. Azia i Afrika segodnya. 2016. No. 10. Pp. 27–34 (in Russian) (2016 (1))

11. Meliantsev V.A. Smart Technologies, Solow’s Paradox and Contradictions of the Socio-Economic Development in the Countries of the West and East in the Early Twenty First Century. Vostok (Oriens). 2017. No. 3. Pp. 162–180 (in Russian)

12. Meliantsev V.A. Contemporary Globalization and Its Impact on Economically Advanced and Developing Countries. Vestnik Moskovskogo Universiteta. Ser. 13. Oriental Studies. 2018. No. 1. Pp. 98–119 (in Russian)

13. Ed. A.A. Dynkin. World in 2035. Global Forecast. Moscow: Magistr, 2017 (in Russian)

14. Perspectives of Economic Globalization. Ed. A.S. Bulatov. Moscow: KNORUS, 2019 (in Russian)

15. Stiglitz J. The Great Divide. Unequal Societies and What We Can Do About Them. Moscow: Eksmo, 2016 (Russian translation)

16. Andrews D., Criscuolo Ch., Gal P. The Best vs the Rest: The Global Productivity Slowdown Hides an Increasing Performance Gap across Firms. The VoxEU. 04.07.2019. https://voxeu.org/article/productivity-slowdown-s-dirty-secret-growing-performance-gap (accessed 04.07.2019).

17. Average Annual Hours Actually Worked per Worker. OECD Data. https://stats.oecd.org/Index.aspx?ThemeTreeId=9 (accessed 29.03.2021).

18. Bairoch P. Victoires et déboires. Histoire économique et sociale du monde du XVI siècle à nos jours. Tomes 1, 2, 3. Paris: Gallimard, 1997.

19. Byrne D., Fernald J., Reinsdorf M. Does the United States Have a Productivity Slowdown or a Measurement Problem? Brookings Papers on Economic Activity. 2016. Spring.

20. CIA World Factbook. Median Age. https://www.cia.gov/the-world-factbook/field/median-age/country-comparison (accessed 19.03.2021).

21. Credit Suisse. Global Wealth Data Book, 2019. Zurich, 2019.

22. Foroohar R. Business Must Step Up and Help Fix American Education. The Financial Times. 29.04.2018.

23. How Was Life? Global Well-being Since 1820. Ed. Van Zanden J.-L. et al. Paris: OECD, 2014.

24. IMF Data (http://www.imf.org/external/data.htm.)

25. IMF. World Economic Outlook. Washington, D.C., 2021, April.

26. International Federation of Robotics. Executive Summary. World Robotics 2020 Industrial Robots. Frankfurt, 2020. https://ifr.org/img/worldrobotics/Executive_Summary_WR_2020_Industrial_Robots_1.pdf (accessed: 22.03.2021).

27. Internet World Stats. Internet Usage Statistics https://www.internetworldstats.com/stats.htm (accessed: 22.03.2021).

28. John Maynard Keynes. Quotes. https://www.goodreads.com/quotes/ 798690-the-master-economist-must-possess-a-rare-combination-of-gifts (accessed 19.03.2021).

29. Jorda O., Singh S., Taylor A. The Long Economic Hangover of Pandemics. The Finance and Development. 2020. Vol. 57. No. 2. https://www.imf.org/external/pubs/ft/fandd/2020/06/long-term-economic-impact-of-pandemics-jorda.htm (accessed 05.07.2020).

30. Kuznets S. Modern Economic Growth. New Haven: Yale University Press, 1966.

31. Life Expectancy. Our World in Data. https://ourworldindata.org/ life-expectancy (accessed 02.04.2021).

32. Maddison A. Chinese Economic Performance in the Long Run. Paris: OECD, 1998.

33. Maddison A. Contours of the World Economy, 1-2030 AD. Oxford: Oxford University Press, 2007.

34. McKinsey Global Institute. Inequality: A Persisting Challenge and Its Implications. San Francisco: McKinsey Global Institute, 2019.

35. Meliantsev V. Russia’s Comparative Economic Development in the Long Run. Social Evolution and History. 2004. Vol. 3. No. 1. Pp. 106 – 136.

36. National Intelligence Council. Global Trends, 2040. Washington, D.C., 2021.

37. OECD Data. Hours worked. https://data.oecd.org/emp/hours-worked.htm (accessed 19.03.2021).

38. Pinker St. Enlightenment Now. The Case for Reason, Science, Humanism, and Progress. New York: Viking, 2018.

39. Sachs J. The Ages of Globalization. Geography, Technology and Institutions. New York: Columbia University Press, 2020.

40. Spence M. The “Digital Revolution” of Wellbeing. The Project Syndicate. 28.06.2019. https://www.project-syndicate.org/commentary/digital-revolution-impact-on-wellbeing-by-michael-spence-2019-06 (accessed 28.06.2019).

41. Technological Progress. Our World in Data. https://ourworldindata.org/technological-progress (accessed 02.04.2021).

42. Tett G. Does Capitalism Need Saving from Itself? The Financial Times. 06.09.2019.

43. The Economic Report of the President. Washington, D.C., 2021.

44. The UNDP. Human Development Report, 2019, 2020. New York.

45. The World Bank. DataBank. http: http://databank.worldbank.org.

46. The World Bank. Global Economic Prospects. Washington, D.C.: World Bank, January 2021.

47. The World Bank. Global Productivity. Trends, Drivers, and Policies. Washington, D.C.: World Bank, 2020 (1).

48. The World Bank. Poverty and Shared Prosperity 2020: Reversals of Fortune. Washington, D.C.: World Bank, 2020 (2).

49. The World Bank. World Development Indicators. Washington, D.C.: World Bank, 1998.

50. The World Economic Forum. The Global Competitiveness Report, 2019, 2020. Geneva.

51. There Have Been 7m-13m Excess Deaths Worldwide During the Pandemic. The Economist. 13.05.2021. https://www.economist.com/ briefing/2021/05/15/there-have-been-7m-13m-excess-deaths-worldwide-during-the-pandemic (accessed 13.05.2021)

52. Top 500 Supercomputers. Top 500 Lists. https://www.top500.org/ lists/top500/2020/11 (accessed: 22.03.2021)

53. Turner A. Is Productivity Growth Becoming Irrelevant? The Project Syndicate. 18.07.2017. https://www.project-syndicate.org/commentary/ productivity-growth-becoming-irrelevant-by-adair-turner-2017-07 (accessed 18.07.2017).

54. UN. World Economic Situation and Prospects, 2021. New York, 2021.

55. UNCTAD. Trade and Development Report, 2020. Geneva, 2020.

56. UNCTADstat. http://unctadstat.unctad.org.

57. UNDPData. http://hdr.undp.org/en/data.

58. Vollrath D. Fully Grown: Why a Stagnant Economy Is a Sign of Success. Chicago: The University of Chicago Press, 2020.

59. Wolf M. Why the US Economy Isn’t as Competitive or Free as You Think. The Financial Times. 15.11.2019.

60. Wolf M. Economies Can Survive a Stock Market Crash. The Financial Times. 16.03.2021.

61. Working Hours. Our World in Data. https://ourworldindata.org/ working-hours (accessed 02.04.2021)

Comments

No posts found

Write a review
Translate