SCO 20 years: key achievements and the role of China
Table of contents
Share
Metrics
SCO 20 years: key achievements and the role of China
Annotation
PII
S086919080016629-8-1
DOI
10.31857/S086919080016629-8
Publication type
Article
Status
Published
Authors
Lyudmila V. Shkvarya 
Occupation: Professor, Department of Political Economy, RUDN University
Affiliation: RUDN University
Address: Russian Federation, Moscow
Xizhe Wang
Occupation: Post-graduate student, Department of Political Economy, RUDN University
Affiliation: RUDN University
Address: Russian Federation, Moscow
Edition
Pages
153-167
Abstract

The article analyzes the process of development of the Shanghai Cooperation Organization (SCO) in the historical aspect and its current state. SCO was created as a regional association to maintain stability and security. Today, China is stepping up its efforts to boost regional economic cooperation.

Based on the analysis of UNCTAD statistics for 2001-2019, the authors justified the conclusion that the economic potential of the SCO has significantly increased. However, this growth is not related to the economic interaction in SCO, but with the expansion, and with the growth of the individual countries’ economies, primarily the PRC. 

The analysis confirms, that the share of bilateral trade and the volume of mutual (especially Chinese) investments in the SCO are growing. International cooperation in certain areas has little real support at the level of the Organization as a whole. At the same time, the existing successes of the SCO countries in the economic sphere, the attraction of significant foreign investment and modern technologies, the gradual diversification of national economies, as well as new initiatives of the People's Republic of China, determine the deepening of economic cooperation, the mechanisms of which are of scientific interest.

The relevance of the study is determined by the need to study the peculiarities of the SCO evolution and the positions of individual countries in SCO. The study makes a significant contribution to the understanding of the nature and features of the processes of economic cooperation and development in the region and the positions of individual countries.

Keywords
SCO, China, Russia, regional cooperation, foreign trade, foreign direct investment
Received
05.09.2021
Date of publication
29.10.2021
Number of purchasers
1
Views
255
Readers community rating
0.0 (0 votes)
Cite Download pdf 100 RUB / 1.0 SU

To download PDF you should sign in

Full text is available to subscribers only
Subscribe right now
Only article and additional services
Whole issue and additional services
All issues and additional services for 2021
1 В 2021 г. Шанхайской Организации Сотрудничества исполняется 20 лет. ШОС была создана шестью странами (Россией, Китаем, Казахстаном, Киргизией, Таджикистаном и Узбекистаном) как «многостороннее объединение для обеспечения безопасности и поддержания стабильности на обширном евразийском пространстве, объединения усилий по противодействию возникающим вызовам и угрозам, активизации торгового и культурно-гуманитарного сотрудничества» [Alimov, б.г.] без целей региональной экономической интеграции. Стоит отметить, что такая же первичная идея была заложена, например, в АСЕАН [Shkvarya et al., 2016], которая предназначалась изначально для решения политических задач – поддержания мира и безопасности в регионе.
2 При создании ШОС речь шла об устранении территориальных споров между странами-участницами (Шкваря, 2007), о поддержании безопасности на огромной части (более 2/3) территории Евразии, где на 2001 г. проживало порядка 1,5 млрд человек, а сейчас – более чем 3 млрд (табл. 1), о разрешении проблем в различных сферах, касающихся безопасности стран.
3 Таблица 1. Основные показатели ШОС в 2001 и в 2019 гг., млн долл. США
2001 2019
Страны-участницы Российская Федерация, Китай, Казахстан, Киргизия, Таджикистан, Узбекистан (6 стран) Российская Федерация, Китай, Индия, Казахстан, Киргизия, Пакистан, Таджикистан, Узбекистан (8 стран)
Территория, млн км² 30.189 34,3
Население, тыс. чел. 1 496 261 3 229 909
% от мирового 24.0 41,6
Совокупный ВВП 1 684 036 19 497 597
% от мирового 5.03 22,2
Совокупный экспорт, 380 455 3 341 439
% от мирового 6.1 17,6
Совокупный импорт, 307 732 2 937 269
% от мирового 4.8 15,2
Совокупный товарооборот 688 187 6 278 708
Источник: составлено и рассчитано по данным UNCTAD.
4 В 2017 г. членами ШОС стали Индия и Пакистан. Весьма вероятно, что количество стран-участниц увеличится. Сегодня членами организации уже являются 8 государств (в том числе Российская Федерация – крупнейшая по территории в мире, а Китай и Индия традиционно занимают соответственно 1-е и 2-е места в мировых рейтингах по количеству населения).
5 За 20 лет ШОС прошла большой путь в своем развитии – количественном и качественном. Её присутствие в мире существенно увеличилось (табл. 1), и она стала, по сути, одним из полюсов глобальной экономики.
6 Помимо этого, 4 страны-наблюдателя, 6 партнеров по диалогу ШОС, а также 12 стран, подавшие заявку на участие в ШОС в качестве государства-наблюдателя (рис. 1), при определенных условиях могут войти в состав Организации. Это отражает рост интереса к ШОС и, по сути, востребованность организации, а также ее растущую легитимность.
7 Рис. 1. Состав ШОС. Источник: составлено авторами.
8 У некоторых исследователей сохраняется неоднозначное отношение к дальнейшему количественному росту ШОС [Колегова, 2013], но по нашему мнению, расширение ШОС обеспечивает усиление ее геополитических и геоэкономических позиций, а также возможностей развития.
9 В любом случае можно говорить о том, что влияние ШОС, её авторитет и привлекательность усиливаются, особенно в Азии. Этому содействует и рост экономической мощи Организации.
10

Экономические аспекты развития ШОС

11 Экономический потенциал ШОС многие исследователи признают значительным [Визарат, 2018], и с этим можно согласиться (табл. 2).
12 Как видно из табл. 2, в 2001 г. совокупный ВВП ШОС (6 стран) составил 5% от мирового валового продукта, в том числе доля Китая – 4%, России – 0,9%. В 2019 г. совокупный ВВП ШОС (8 стран) вырос до 22,2% мирового ВВП, в том числе 16,2% – вклад Китая и 1,9% – России.
13 Таблица 2. ВВП в странах ШОС в 2001-2019 гг., млн долл. США в текущих ценах по текущему курсу
2001 2010 2015 2017 2018 2019
Китай 1339401 6087192 11015562 12143572 13608152 14227968
Индия 2625091 2779352 3059962.4
Казахстан 22152.69 148047.3 184388.4 166805.8 179340 177636.96
Киргизия 1527.21 4794.362 6678.177 7702.938 8092.834 8436.579
Пакистан 303091.9 282345.6 258323.18
Россия 308800.8 1539845 1366031 1581443 1660514 1701119.4
Таджикистан 1080.899 5642.176 7854.581 7157.83 7522.934 8374.5724
Узбекистан 11074.19 46909.05 81847.41 59159.95 50499.92 55776.763
ВСЕГО ШОС 1684036 7832430 12662362 16894024 18575819 19497597
Источник: составлено и рассчитано по данным UNCTAD.
14 Таким образом, за исследуемый период стоимостной объём совокупного ВВП ШОС увеличился в 11,6 раза, в том числе ВВП Китая – в 10,6 раз, а в относительном выражении – соответственно в 4,44 раза и в 3,24 раза.
15 В XXI в. растущее значение для Китая, помимо традиционных факторов [Мельянцев, 2019] приобретает инновационный фактор, в том числе трансфер технологий [Solovieva et al., 2017], а продукция достаточно молодого китайского сегмента, производящего компьютерное оборудование (hardware), получила широкое признание в мире. Она включает в себя производство компьютеров, коммуникационного оборудования (например, мобильных телефонов), электронных компонентов и устройств. Общая выручка отрасли в 2018 г. составила около 2,1 трлн долл. [Kung-Chung, Uday, 2019].
16 При этом, как видно из анализа представленных данных (табл. 2), ВВП Китая в 2019 г. был больше совокупного ВВП остальных стран ШОС в 2,7 раза (в 2001 г. – в 3,9 раза). Это говорит, с одной стороны, о жесткой дифференциации стран-партнеров по уровню социально-экономического развития, о дисбалансе, что представляет собой одну из проблем Шанхайской организации сотрудничества. С другой стороны, эта дифференциация, возможно, имеет тенденцию к смягчению, особенно с учетом перспектив присоединения к ШОС стран-наблюдателей.
17 Эта же проблема дисбаланса встает в ШОС и в ракурсе величины подушевых доходов стран-участниц (табл. 3).
18 Таблица 3. Динамика подушевых доходов стран ШОС в 2001-2019 гг., долл.
2001 2005 2006 2010 2015 2016 2017 2018 2019
Китай 1031.0 1717.8 2056.3 4447.1 7830.0 7876.7 8545.7 9531. 9 9923.4
Индия 456.4 717.7 805.7 1352.7 1638. 6 1726.1 1961.0 2054.8 2239.4
Казахстан 1485.7 3708.7 5208.8 9109.3 10493.3 7698. 9 9226.0 9789.5 9575.4
Киргизия 307.7 484.7 553.1 884.2 1120.7 1121.6 1244.5 1283.8 1315.0
Пакистан 501.9 734.3 831.1 972.6 1339.0 1362.9 1457.8 1330.4 1192.8
Россия 2117.5 5369.8 6970.7 10732.2 9421.9 8845.4 10866.8 11394.1 11661.7
Таджикистан 171.1 340.6 408.8 749.5 929.1 802.5 806.0 826.6 898.5
Узбекистан 441.1 646.5 769.4 1645.0 2646.3 2601.0 1851.1 1555.0 1691.1
Источник: составлено и рассчитано по данным UNCTAD.
19 Из табл. 3, а также рис. 2 видно, что 3 страны ШОС остаются лидерами по показателю подушевых доходов – Россия, Китай и Казахстан (причём последние две страны имеют примерно равные уровни подушевых доходов). Рис. 2. Динамика подушевых доходов стран ШОС в 2001-2019 гг., долл. Источник: составлено и рассчитано по данным табл. 3.
см.
20 В 2015 г. Казахстан превзошел Россию по этому показателю. Но у обеих стран, а также Пакистана, Таджикистана и Узбекистана, ВВП на душу населения в разные периоды имеет различную динамику.
21 А у Китая и Индии, наиболее крупных стран мира по населению, сохраняется на протяжении всего исследуемого периода неизменная тенденция к росту подушевых доходов (рис. 2), что представляется жизненно важным для этих стран с учётом их населения.
22 Как видно из табл. 3, ВВП на душу населения в Китае увеличился за исследуемый период в 9,6 раза (у Казахстана и России, соответственно, в 6,4 и 53,5 раза). Средний показатель подушевых доходов стран ШОС вырос за исследуемый период с 925,7 долл. в 2001 г. (в России этот показатель был в 2 раза выше, чем в среднем в ШОС) до 4812,2 долл. в 2019 г. (т.е. в 5,2 раза). Это существенно выше, чем в среднем по миру (2,6 раза), что, собственно, отражает качественные процессы, последовательно развивающиеся в ШОС на страновом уровне.
23 Страны ШОС обладают значительным инвестиционным потенциалом, особенно Китай, Индия и Россия, и, несмотря на заметную дифференциацию по уровню социально-экономического развития, наращивают свои возможности (подчас значительные) в производстве промышленной и сельскохозяйственной продукции.
24 Стоит отметить, что Китай граничит со всеми странами ШОС, кроме Узбекистана. Узбекистан – с Казахстаном, Таджикистаном и Киргизией, Таджикистан – с Узбекистаном, Киргизией и Китаем, остальные страны имеют общую границу лишь с двумя партнерами по ШОС: Россия граничит лишь с Казахстаном и Китаем, Индия – с Пакистаном и Китаем, а Пакистан – с Индией и Китаем. По мнению Мирового банка, Китай, по сути, стал «центром экономического развития» в Центральной Азии [World Bank, 2016]. Это особенно заметно, если учесть экономическую мощь КНР и количество её населения, а также внешнеэкономические показатели страны и их динамику. Кроме того, для стран Центральной Азии Китай может обеспечить выход к морю, в то время как страны Центральной Азии могут помочь Китаю наладить внутренние коммуникации с Европой и Западной Азией и получать энергоресурсы, так необходимые Поднебесной [Feng, 2019].
25

Внешнеторговая деятельность ШОС

26 Активно развивается внешняя торговля ШОС. На долю стран ШОС в 2019 г. приходилось 17,6% мирового экспорта и 15,2% мирового импорта, что, впрочем, ниже доли их совокупного ВВП в мировом ВВП. Совокупный экспорт ШОС вырос с 2001 по 2019 г. в 8,8 раза, а импорт – в 9,5 раза (см. табл. 1). Этот рост стал результатом преимущественно усилий отдельных стран, прежде всего КНР, а не целенаправленного развития торгово-экономического и инвестиционного интеграционного сотрудничества в рамках ШОС. Динамика экспорта стран ШОС представлена в табл. 4.
27 Таблица 4. Динамика экспорта в странах ШОС в 2001-2019 гг., млн долл. США в текущих ценах по текущему курсу
2001 2005 2010 2015 2017 2018 2019
Китай 266098 761953 1577754 2273468 2263346 2486695 2499457
Индия 299241.4 324778.4 324249.7
Казахстан 8639 27849 59970.8 45955.7 48303.7 60956.2 57308.7
Киргизия 476 672 1755.9 1441.4 1764.3 1836.8 1965.5
Пакистан 21569 23425 23334
Россия 101884 243798 400630 341419 352943 443914 419850
Таджикистан 650 909 1195.3 890.6 1198 1073.3 1250
Узбекистан 2708 4749 11695 9443.2 10079.2 10920.7 14023.8
ВСЕГО, ШОС 380455 1039930 2053001 2672618 2998445 3353599 3341438.8
Источник: составлено и рассчитано по данным UNCTAD.
28 Статистические данные подтверждают, что, если в 2001 г. совокупный экспорт ШОС составил 1,8% от мирового экспорта, то в 2019 г. – уже 17,6%. По стоимости экспорт вырос в 8,8 раза. В 2018 г. КНР занял 1-е место в мире по стоимости экспорта, а её доля – 12,78% в мировом показателе. КНР остается лидером во внешней торговле и в рамках ШОС.
29 Как видно из табл. 4, экспорт Китая в 2019 г. по стоимости превосходил совокупный экспорт остальных стран ШОС в 3 раза (в 2001 г., соответственно, в 2,4 раза). Доля КНР в совокупном экспорте ШОС в 2001 г. составляла 70%, а в 2019 г. – уже 75% (см. рис. 3), т.е. увеличилась не только в абсолютном выражении в 9,4 раза, но и в относительном, несмотря на рост количества стран-участниц ШОС. Это положение – результат переориентации в последние 10 лет экспорта Китая на продукцию с более высокой добавленной стоимостью.
30 Доля России в совокупном экспорте ШОС составляла 27% в 2001 г. и 12% в 2019 г. (рис. 3). Рис. 3. Доли стран ШОС в совокупном экспорте в 2001 и 2019 гг., %. Источник: составлено по данным UNCTAD.
см.

см.
31 Таким образом, за эти годы она увеличилась в стоимостном выражении в 4,1 раза и сократилась в относительном более чем в 2 раза
32 В абсолютных показателях экспорт России в страны ШОС вырос в 4,1 раза, несмотря на санкционное давление, падение цен на нефть, «торговую войну» между США и Китаем [Меланьина, 2018].
33 Как Россия, так и Китай сохраняют положительное сальдо во внешней торговле. При этом положительное сальдо Китая сокращалось в 2015-2018 гг. и увеличилось в 2019 г. в стоимостном выражении, хотя и не достигло исторического максимума за исследуемый период (2015 г., 593902 млн долл.). Положительное сальдо России сократилось в 2019 г. на 2,25% относительно 2018 г. в результате роста импорта.
34 Аналогичная ситуация складывается и в сфере импорта (табл. 5).
35 Таблица 5. Динамика импорта в странах ШОС в 2001-2019 гг., млн долл. США в текущих ценах по текущему курсу
2001 2005 2010 2015 2017 2018 2019
Китай 243553 659953 1396247 1679566 1843792 2135748 2078386,4
Индия 50392 142870 350232.8 394131.4 449925 514464,1 486058.52
Казахстан 6446 17353 31106.7 30567.6 29266.1 32533.5 37756.9
Киргизия 467 1102 3222.8 4069.6 4494.7 5292 4903.8
Пакистан 10191 25357,3 37806.9 44168 57746 60078 50349
Россия 53764 125434 248634 193019 238384 248856 254598
Таджикистан 688 1330 2656.9 3435.6 2774.9 3151 3350
Узбекистан 2814 3666 8689.5 11460.5 12035.2 17312.3 21866.5
ВСЕГО, ШОС 317923 834195.3 1728364 1966286 2638418 3017435 2937269
Источник: составлено и рассчитано по данным UNCTAD.
36 По импорту Китай занимает 2-е место в мире (после США), а удельный вес китайского импорта достиг 10,79% в мировом показателе.
37 В 2012 г. мировая рецессия не затронула внешнеторговые показатели Китая, в отличие от других стран. Это связано с укреплением позиций Китая на мировом рынке после глобального финансового кризиса.
38 Но в 2015-2016 гг. было зафиксировано и некоторое сокращение китайских внешнеторговых показателей из-за резкого падения объёмов мировой торговли, связанных, в том числе, и с антироссийскими санкциями [Меланьина, 2018 – главным образом, вследствие падения мирового спроса на китайскую продукцию и усиления протекционистских тенденций, зачастую инициированных США.
39 Участие Китая в деятельности региональных организаций содействует стабилизации социально-экономической динамики и росту внешней торговли. Китай остается важным участником в БРИКС и ШОС, в АСЕАН+3. Кроме того, это участие позволяет Китаю усиливать своё присутствие на рынках стран-партнёров, наращивая свою торговую экспансию.
40 Следует отметить традиционную несбалансированность внешней торговли прочих стран ШОС, по товарному и географическому признаку – как в целом, так и в страны – партнеры по Организации, а также дисбаланс в торговле стран ШОС на двустороннем уровне.
41 Во многом аналогичная ситуация складывается и в сфере участия стран ШОС в глобальном инвестиционном процессе (рис. 4).
42 Рис. 4. Приток ПИИ в страны ШОС в 2001-2019 гг., млн долларов США по текущему курсу. Источник: составлено и рассчитано по данным UNCTAD.
см.
43 ШОС остаётся достаточно привлекательным рынком для иностранных инвестиций, хотя и в этой сфере наблюдается дифференциация стран-участниц – как по объёму привлекаемых ресурсов, так и по динамике и тенденциям их привлечения (рис. 4). Так, Китай, оставаясь 2-м по значению рынком для глобальных инвестиций в мире (с 2008 г.) сохранил свою привлекательность для иностранных инвесторов, несмотря на «торговую войну» с США и негативные глобальные тренды, отмеченные в этой сфере. Можно согласиться с тем, что, «важнейшими характеристиками мирового потока прямых иностранных инвестиций в условиях глобальной нестабильности, по нашему мнению, выступают его высокая волатильность и неустойчивость, а также значительная дифференциация как по регионам мира и по странам, так и по динамике странового рейтинга» [Чиниев, 2020, с.38].
44 ПИИ, привлечённые в Россию, в 2019 г. более чем удвоились относительно 2018 г., причём одним из крупнейших инвесторов в РФ оказался Китай, который занял по этому показателю 2-е место после Германии.
45

Двустороннее экономическое сотрудничество в ШОС

46 Развивается и экономическое сотрудничество стран-участниц ШОС на двустороннем уровне, так как, по мнению некоторых исследователей, евразийский континент тяготеет к внутриконтинентальной торговле [ Salitskii et al., 2017]. И это очень важно и интересно для России, для Китая, для Индии. В этом смысле ШОС, по нашему мнению, – это площадка как конкуренции, так и консенсуса. Этот подход (консенсус) представляется наиболее перспективным и плодотворным для всех стран.
47 Двустороннее сотрудничество в рамках ШОС развивается по ряду направлений, одним из которых остаются прямые иностранные инвестиции. ПИИ КНР, как одного из крупнейших мировых инвесторов, в экономики стран ШОС в 2005-2019 гг. представлены в табл. 5. Они выросли за исследуемый период в 4,5 раза.
48 Таблица 5. ПИИ КНР в страны ШОС в 2005-2019 гг., млн долл. США в текущих ценах по текущему курсу
Страна 2005-2009 2010-2014 2015-2019 ИТОГО
Россия 6 190 15 720 11 950 33 860
Казахстан 9 900 7 690 1 480 19 070
Пакистан 960 3 370 10 570 14 900
Индия 1 800 500 12 450 14 750
Прочие страны 0 1 300 790 2 090
ИТОГО 18 850 28 580 37 240 84 670
Источник: составлено на основе: Scissors D. China’s coming global investment recovery: How far will it go? 2001.
49 Из табл. 5 видно, что крупнейшим реципиентом китайских ПИИ остается Россия, хотя в последние 5 лет их объем сократился; 2-е место занимает Казахстан с еще более заметным сокращением притока китайских ПИИ. Индия и Пакистан, наоборот, наращивают ПИИ из Китая.
50 Китай поощряет, и с определенным успехом, развитие инфраструктуры, призванной облегчить торговлю с Центральной Азией, а также развитие и стабилизацию ситуации в Синьцзяне. Соответственно, инвестиционный аспект сотрудничества будет еще более востребован в перспективе.Если говорить о торговле, то крупнейшим экспортёром товаров во все страны ШОС, кроме Казахстана, также остается Китай, который последовательно наращивает своё присутствие на национальных рынках стран ШОС (рис. 5), что для Китая остаётся жизненно важным аспектом.
51 Индия, как видно из рис. 5, – это крупнейший на 2019 г. экспортный рынок Китая среди партнеров по ШОС, 3-е место занимает Пакистан – с 2014 г.
52 Россия же остается на 2-й позиции, с резким сокращением присутствия китайских товаров на своих рынках в 2014 г. и при росте с 2016 г. российского импорта в целом, объём которого, однако, не достиг на 2019 г. максимального уровня, зафиксированного в 2013 г.
53 Падение стоимостного объёма экспорта Китая в Россию и центрально-азиатские страны ШОС в 2014 г. было связано с усилением нестабильности национальных валют этих стран к юаню и доллару, а также российскому рублю, что, в свою очередь, было вызвано антироссийскими экономическими санкциями западных стран.
54 Рис. 5. Товарный экспорт Китая в страны ШОС в 2001-2019 гг., млн долларов США в текущих ценах по текущему курсу. Источник: составлено автором по данным UNCTAD.
см.
55 Двусторонняя торговля Китая с другими странами ШОС, особенно центрально-азиатскими, не столь велика, но её объёмы имеют устойчивую тенденцию к росту. При этом анализ китайско-центрально-азиатской торговли отражает рост роли Китая как поставщика готовой продукции, а стран Центральной Азии – как поставщиков сырья. В приграничных районах КНР, особенно в Синьцзяне, были построены мини-заводы и фабрики по переработке поступающего сырья из стран Центральной Азии сырья для последующего его экспорта обратно в Центральную Азию [Ibraimov, 2009].
56 В результате главной проблемой остаётся заполнение национальных рынков Таджикистана, Узбекистана, Киргизии и Казахстана китайскими товарами и, как следствие, деградация пищевой, машиностроительной, строительной и лёгкой промышленности этих стран. Следует также признать, что за пределами сырьевых секторов страны Центральной Азии, включая Казахстан, абсолютно неконкурентоспособны по сравнению с Китаем. При этом есть ощущение, что Китай совершенно не заинтересован в развитии экономик этих стран в аспекте восстановления созданного здесь в советские времена производства и тем более – в инновационном его развитии [Solovieva, 2020].
57 Для Казахстана, который остаётся важным рынком для стран ШОС, главный экспортёр товаров в этой группе государств – Россия. Это связано, в том числе, с историческими аспектами, а также с развитием интеграционного процесса в рамках ЕАЭС (из стран ШОС в ЕАЭС входят Казахстан, Киргизия и Россия), отсутствием таможенного тарифа между странами-участницами ЕАЭС и установлением единого таможенного тарифа для стран-участниц. В то же время Китай, как и Россия, существенно нарастил свой экспорт в Казахстан за исследуемый период – в 39 и в 5,1 (!) раза, соответственно, оставаясь основными партнёрами по импорту для Казахстана (табл. 6).
58 Таблица 6. Динамика экспорта стран ШОС в Казахстан, в 2001-2019 гг., тыс. долл. США в текущих ценах по текущему курсу.
2001 2005 2010 2015 2016 2017 2018 2019 Измене-ние, раз
КНР 327718.7 3896752 9320401 8441241 8292321 11564443 11326581 12816910 39,1
Инд. 54450.9 90256,3 146211.5 168372 125026,1 118499.9 138586 193684,4 3.6
Кир. 43512,9 132466 235490.4 229541,9 240782.5 279307,8 252140.4 302400,2 6.9
Пак. 7101,1 9967.6 5921,1 12843.88 24528,7 70441.07 86898,84 83207.99 11,7
РФ 2778015 6533853 10690358 10301606 10727516 13844260 12923331 14286933 5.1
Узб. 115010,2 283222.6 731464,5 724597.3 748593,7 936172.2 1328576 1341535 11,7
Тадж. 359.5 16004,9 17129,5 68454.7 91606,8 139678 104218.6 48603,1 135.2
Источник: составлено и рассчитано по данным UNCTAD.
59 Так, в 2001 г. на долю России и Китая в совокупности приходилось 53% всего импорта Казахстана, а в 2019 г. – 61,7%. Другие страны ШОС также существенно увеличили свое присутствие на рынке Казахстана, в том числе Таджикистан – в 135,2 раза, а Афганистана – в 122 раза. Интересно отметить, что экспорт Индии и Пакистана в Казахстан резко вырос по итогам 2018 г. – первого года членства этих стран в ШОС, в то время как у остальных стран ШОС (кроме Узбекистана) имело место его падение относительно предыдущего года.
60 На эти процессы существенное влияние оказывает глобальная ситуация (кризисы, санкции, пандемия), что отражается на объёме товарооборота.
61 На двустороннем уровне между странами ШОС, несмотря на географическую близость, длительную историю хозяйственного взаимодействия, определенную взаимодополняемость национальных экономических систем сохраняются и внутренние противоречия. Для Китая, например, это отчасти связано с проблемами провинции Синьцзян [Хэ, 2018].
62 На двустороннем уровне Китай установил со всеми странами Центральной Азии ряд «стратегических партнёрств», полные названия которых, тем не менее, свидетельствуют о строгой градации отношений. С Казахстаном партнёрство называется «стратегическим», это самый высокий уровень, и Казахстан также является наиболее чувствительным государством по причинам, связанным с его географической близостью, с тесными связями, которые существуют с Синьцзяном, но также с потенциалом сотрудничества в области энергетики.
63 С другими республиками условия гораздо менее «стратегические». С Кыргызстаном существует «партнёрство добрососедства и дружественного сотрудничества», с Узбекистаном – «партнёрство дружественного сотрудничества», с Таджикистаном – «партнёрство добрососедства и дружественного сотрудничества, направленное на XXI век». Интересно отметить, что с Туркменистаном, не входящим в ШОС, Китай установил «отношения дружественного сотрудничества на XXI век на основе равенства и общих интересов» [Niquet, 2006].
64 Политика Китая в отношении Центральной Азии обнаруживает способность к адаптации, гибкость и прагматизм. Всё это делает принятие решений и развитие торгово-экономического сотрудничества в ШОС на двустороннем уровне достаточно дифференцированным, особенно если учесть, что для Китая вопрос о расширении сферы влияния на регион Центральной Азии остается актуальным как минимум с 1991 г. Центральная Азия представляется сегодня не только рынком сбыта китайской продукции, выходящим за пределы приграничной торговли, но и источником энергоснабжения, значение которого для Китая значительно возросло.
65 Также за 20 лет количественно и качественно выросло и трёхстороннее сотрудничество в рамках ШОС, в том числе – со всё более активным втягиванием в эти процессы стран-наблюдателей. Так, подписана программа создания Экономического коридора Монголия–Россия–Китай, которая далеко выходит за транспортную составляющую трёхстороннего экономического взаимодействия.
66 Таким образом, внутренние и внешние факторы (причем роль последних неуклонно возрастает, что подтверждает и глобальная пандемия COVID-19, начавшаяся в 2020 г. и создающая ряд проблем в регионе) оказывают разнонаправленное влияние на развитие экономического сотрудничества.
67 Более того, среди некоторых исследователей даже есть точка зрения, что Китай создал Экономический пояс шелкового пути (ЭПШП) из-за неудачных попыток реализации «экономического измерения» ШОС [Лузянин, 2016].
68 Однако вместе с положительными эффектами, растет и негативное воздействие влияния мировой экономики на социально-экономическую динамику стран ШОС и их внешнеэкономическую сферу, включая и двустороннее сотрудничество, в результате роста волатильности глобальной экономической активности, усиления протекционистских тенденций, учащения случаев применения экономических санкций, и даже пандемии. Следовательно, для обеспечения стабильного социально-экономического роста странам ШОС важно приступить к разработке мер защиты от имеющихся и потенциальных угроз, которые могут нарушить этот процесс.
69 Поэтому есть все основания полагать, что в ближайшие годы ШОС может предпринять ряд шагов по практическому раскрытию заложенного в ней экономического потенциала в рамках многостороннего экономического интеграционного сотрудничества. В этом случае важно оценить имеющиеся риски и создать механизмы их нивелирования.
70

Выводы

71 Развитие ШОС за истекший период представляется весьма впечатляющим, однако главным образом – благодаря индивидуальным усилиям стран-партнеров. Имели место количественный и качественный рост Организации, включая её авторитет и значимость в Азии и в мире. Более того, Организация представляется неким регионом относительной стабильности.
72 Можно отметить, что сотрудничество в сфере экономики между государств-членов ШОС на двустороннем и трёхстороннем уровне оказалось достаточно успешным, несмотря на сохранение торговых и инвестиционных дисбалансов (включая рост присутствия Китая на рынках стран Центральной Азии, Монголии и др., в том числе – в их стратегических сегментах), а также имеющейся конкуренции на рынке стран-участниц и третьих стран. При этом многие из таких дисбалансов вызваны объективными факторами – величиной экономического потенциала и соответствующих возможностей (и потребностей) соответствующих государств, а ряд – глобальными, включая разноплановое внешнее экономическое давление на страны-участницы и государства, имеющие статус наблюдателя ШОС. Присутствует, конечно, и некоторая разноплановость интересов стран-участниц ШОС. Однако в условиях роста глобальной нестабильности активизируется и актуализируется задача развития международного многостороннего хозяйственного взаимодействия в рамках ШОС.
73 При этом механизм экономического сотрудничества в рамках ШОС на региональном уровне в настоящее время не проработан, и существуют только декларации стран-участниц в этой сфере.
74 Изучение имеющихся документов ШОС, содержащих экономическую составляющую, позволяет сделать следующие выводы.
75
  1. Лейтмотивом служит следующий подход: страны ШОС стремятся «добиваться сопряжения национальных стратегий развития и усиливать координацию своих торгово-экономических программ, … формированию благоприятного инвестиционного и делового климата, реализации долгосрочных взаимовыгодных проектов в приоритетных направлениях сотрудничества и развитию инфраструктуры» [Ташкентская декларация, 2016];
76
  1. Инициатива КНР о создании Экономического пояса Шелкового пути (ЭПШП) зачастую рассматривается как один из инструментов формирования благоприятных условий для развития регионального экономического сотрудничества и реализации тех интересов внешнеторговой экспансии Китая в регион, которую сдерживает невозможность (пока) формирования зоны свободной торговли в ШОС, т.е. беспошлинного перемещения товаров КНР в страны Центральной Азии и РФ.
77
  1. Региональное экономическое сотрудничество осуществляется на уровне проектов, отдельных отраслей экономики и/или направлений (сельское хозяйство, телекоммуникации, энергетика, таможенная и финансовая сферы, международные автомобильные перевозки, цифровая экономика) и отвечает интересам устойчивого экономического роста в регионе в целом.
78 В ШОС нужна предсказуемая многосторонняя торговая система, включающая расширение взаиморасчетов в национальных валютах стран-участниц. В целом можно утверждать, что развитие интеграционных процессов в экономической сфере в ШОС в целом (при грамотной проработке условий) в целом соответствует как интересам всех стран и объединения, так и росту их взаимодействия с третьими странами, что особенно важно в условиях продолжающейся мировой рецессии.

References

1. Vizarat Sh. Economic Potential and Problems in the SCO Space. Actual Problems of the Development of the Shanghai Cooperation Organization. Moscow, 2018. Рp. 98–101 (in Russian).

2. Kolegova O.Y. SCO as an Instrument of Regional Integration: Expansion Problems. Bulletin of MGIMO. 2013. No. 1 (28). Рp. 249–253 (in Russian).

3. Luzyanin S.G. Bound by One Belt. Contours of global transformations: politics, economics, law. 2016. No. 9 (60). Рp. 41–59 (in Russian). DOI: 10.23932/2542-0240-2016-9-6-41-59.

4. Melanyina M.V. Influence of Sanctions Restrictions on the Dynamics of Foreign Trade in Russia. Management of economic systems: electronic scientific journal. 2018. No. 11. P. 4 (in Russian).

5. Meliantsev V. A. The PRC and the USA, Who is Winning: a Comparison of the Main Parameters of Economic Development. Aziya i Afrika segodnya. 2019. No. 8. Рp. 5–14 (in Russian). DOI: 10.31857/S032150750005767-5

6. Tashkent Declaration of the fifteenth Anniversary of the Shanghai Cooperation Organization, 2016 (in Russian) http://rus.sectsco.org/documents/ (accessed 23.04.2021).

7. He M. Xinjiang: Economic History, Modernity and the Fight Against International Terrorism. Russia and Asia. 2018. No. 2 (3), pp. 37–44 (in Russian).

8. Chiniev J. B. Pandemic vs the Global Investments: Realities 2020. Russia and Asia. 2020. No. 3 (12). Рp. 36–43 (in Russian).

9. Shkvarya L.V. Shanghai Cooperation Organization: Modern Specifics of Integration Processes. Bulletin of the Russian Customs Academy. 2007. No. 1. Pp. 103–111 (in Russian).

10. Alimov R. The Role of the Shanghai Cooperation Organization in Counteracting Threats to Peace and Security. https://www.un.org/en/chronicle/article/role-shanghai-cooperation-organization-counteracting-threats-peace-and-security (accessed 23.04.2021).

11. Feng Yu. China's Strategy Towards Central Asia: Interests, Principles and Policy Tools. Bulletin of St. Petersburg State University. International relations, 2019. Vol. 12. Is. 1. Pp. 23–39. DOI:10.21638/11701/spbu06.2019.102

12. Ibraimov S. China-Central Asia Trade Relations: Economic and Social Patterns. The China and Eurasia Forum Quarterly, 2009. Vol. 7. Is. 1. Pp. 47–60.

13. Kung-Chung L., Uday S. Recherla (eds.). Innovation, Economic Development, and Intellectual Property in India and China. Comparing Six Economic Sectors. Singapore, 2019.

14. Niquet V. China and Central Asia. China Perspectives [Online], 2006. No. 67 https://journals.openedition.org/chinaperspectives/1045 (accessed 23.04.2021) doi.org/10.4000/chinaperspectives.1045

15. Salitskii A. I., Zhao X., Yurtaev V. I. Sanctions and Import Substitution as Example by the Experience of Iran and China. Herald of the Russian Academy of Sciences, 2017. Vol. 87. Is.2. Pp. 205–212. DOI: 10.7868/S0869587317030112

16. Scissors D. China’s Coming Global Investment Recovery: How Far Will it Go? January 14, 2021. https://www.aei.org/research-products/report/chinas-coming-global-investment-recovery-how-far-will-it-go/ (accessed: 25.04.2021).

17. Solovieva Yu.V., Chernyaev M.V., Korenevskaya A.V. Transfer of Technology in Asian-Pacific Economic Cooperation States. Regional Development Models. Journal of Applied Economic Sciences. 2017. Vol. XII. Is. 5. Pp. 1473–1484.

18. Solovieva Yu.V. Asian Technology Transfer in the Context of Global Instability. Sosio-economic problems of the regions in the context of global instability. Moscow, 2020. Pp. 151–162.

19. Shkvarya L.V., Strygin A.V., Rusakovich V.I. 2016. Geo-ecomonic Factors of an Intensification Development of Laos in Association of Southeast Asian Nation Conditions. International Review of Management and Marketing, 2016. Vol. 6. Is. 6. Pp. 121–125.

20. World Bank, 2016.The Impact of China on Europe and Central Asia. https://documents.worldbank.org/pt/publication/documents-reports/documentdetail/136351467990956476/the-impact-of-china-on-europe-and-central-asia (accessed 23.04.2021).

21. UNCTAD https://unctadstat.unctad.org/wds/ReportFolders/reportFolders.aspx?sCS_ChosenLang=en (accessed 23.04.2021).

Comments

No posts found

Write a review
Translate